Етюди про Михаїла Хергіані. Частина V. Вершина для душі і прощання

19.01.2016

Elbrus 2009 066.preview

 

Етюди про Михаїла Хергіані. Частина V. Вершина для душі

 

Далар - вершина для Души 


Во время одной из наших с Мишей встреч, я высказал сожаление в том, что задачи его серьезных восхождений не оставляют времени на восхождения для души. 
- Скажи-ка мне Павел, а что ты такое особенное держишь в кармане и меня этим интригуешь, а? – спросил Михаил, нарочито акцентируя грузинский акцент.

 

В моем родном "Узунколе", где я без перерыва отработал начальником учебной части 30 лет, есть одна чудесная с неповторимыми линиями вершина – Далар. За одним лишь восхождением на Далар к нам приезжали альпинисты не только из многих районов страны, но и видные зарубежные альпинисты.
- Миша! Есть у нас одна вершина, на которую надо ходить в связке или в группе, составленной только из одних добрых друзей и единоверцев! – Это Далар по Степанову. Вот на эту вершину я тебя и приглашаю! 
- Захаров! Вот выйдем мы с тобой на пенсию (мы практически одногодки с Михаилом) у нас не будет больших планов и обязательств, и мы сможем подарить друг другу кусочек времени, чтобы нас было трое – ты, я и гора со сванским именем – Далар!

 

Трудно представить ту радость, которая нас так и не посетила, но еще труднее знать, что из этой жизненной ситуации на троих осталось только две составляющие, а третьего уже не будет никогда. Прости, Миша за эти слова, но они от сердца.

 

Когда с ленинградцем Борисом Кораблиным (еще был в группе минчанин Валентин Гракович и еще один ленинградец – Юрий Беляев) мы шли по этому маршруту, то на одном из самых сложных и интересных участков – в 120-метровом камине, я сказал Борису – вот бы сюда Мишу! Немногословный Кораблин только махнул рукой – все, мол, твои фантазии, Захаров, бьют через край! Поди у Михаила сейчас задачи куда сложнее чем наш Далар! 

 

Наверно есть люди, которые могли бы добавить в эти отрывочные воспоминания что-то такое, что им не нравилось в характере Хергиани. Я этого сделать не могу только в силу того, что все наши короткие встречи проходили под знаком повышенного личного интереса друг к другу, нам было интересно разговаривать, мне было интересно его слушать, а он видел, что я его слушаю и понимаю. Вот, пожалуй, еще одна сторона Мишиного характера – умение видеть в собеседнике его желание быть интересным для него и тем же отвечать ему. 


После Су-Альто... 


Было лето 1969 года. В альплагере "Узункол" шла обычная утренняя линейка, раздавались учебные задания, разрешались выходы в горы – лагерь готовился к трудовому учебному дню, и как-то никто не обратил внимания на радиста лагеря, подававшего руками сигналы начальнику учебной части. Когда на линейке была зачитана радиограмма, над строем альпинистов повисла какая то густая и тяжелая тишина…


Это было сообщение о том, что в горах Италии на вершине Су-Альто погиб наш Миша Хергиани. 
Спартаковский флаг медленно пополз вниз по флагштоку. Смахнул слезу старейший спартаковский альпинист Яков Григорьевич Аркин, утирали слезы те, кому было знакомо имя Михаила Хергиани - плакали все. 

 

Вечером был вечер памяти, вспоминали Мишу, поминали Мишу, говорили в его память прекрасные слова, поднимали за него чарку и снова говорили о нем, и снова сокрушались…рано, рано…не во время, не во время… сколько он еще не сделал…жаль, уже не сделает… 

 

Последняя встреча 


Было лето 1989 года. Я тогда работал у Валерия Ратиани (ученик Михаила Хергиани), мы начинали новую работу в новом сванском альпинистском лагере "Сванетия". В Местии я увидел Мишу в последний раз. Это было во дворике краеведческого музея, где стоит гранитный Миша. А потом была экскурсия (да, уже экскурсия, как ни печально это произносить) в родовой дом Хергиани. (Усилиями и неуемной энергией крымчанина Юрия Борисовича Бурлакова в этом доме к тому времени был создан мемориальный музей Михаила Хергиани). Вечером у Бурлакова мы выпили водки в память Хергиани. Были воспоминания и слова благодарности в адрес Юры Бурлакова, так много сделавшего для появления этого музея. До самого позднего времени шел разговор о славном сыне сванского народа, об альпинисте, которого знал весь альпинистский мир Земли, о нашем добром друге и прекрасном человеке Чхумлиане Хергиани, сыне еще одного известного свана Виссариона Хергиани - потомках трех братьев Хргианов, поселившихся в стародавние времена в верховьях грозной реки Ингури. 

 

Род Хергиани 


И немного его родословной. Хергиани – это род, "фамильство", самхуб – по свански. Самхуб Хргиани (когда сваны произносят эту фамилию, то она звучит без буквы "е") происходит от Хргиана, одного из трех братьев, поселившихся первыми в древние времена в Ингурской долине (Верхняя Сванетия). Все Хергиани имеют один общий отдаленный корень и считают себя по этому признаку родственниками. В самхубе Хергиани – около ста семей. Самхуб един, но в нем могут быть группы семей, которые считают себя более тесными родственниками и величают себя по имени знаменитого предка (которым безмерно гордятся до сих пор). В самхубе Хергиани есть Гикши, Миндухи, Таташи, Шайтуши. 


Антон (брат дедушки Михаила) известный охотник и проводник, Бекаил (родной дедушка Миши), отец Виссарион Бекаилович Хергиани – потомственный крестьянин, один из первых сванских альпинистов, горный проводник и инструктор альпинизма, который до своего первого альпинистского (официально зарегистрированного) восхождения, в поисках охотничьей добычи и сопровождая группы туристов путешествовавших по Сванетии, совершил много восхождений. В 1937 году Виссарион добился первого серьезного спортивного достижения – он совершает первопрохождение юго-восточной стены Южной Ушбы. 


Сам Миша (Чхумлиан) - это Миндухи. Семьи этой группы идут от умной и сильной женщины по имени Миндух. 
Когда внутри групп одного самхуба кто-либо роднится (замужество), к примеру, Михаил Кадербеевич Хергиани стал по отношению к Мише Хергиани братом, потому, что женился на Нателе, дочери Мамол - Мишиной мачехи. (Мамол - вторая жена Виссариона, молодая вдова с дочкой). 


Исстари местом поселения Хергиани (Миндухов) были земли в Местии, где в Ланчвали, в родовом доме, проживали Хергиани. Многие представители старшего поколения Хергиани начинали свой путь в альпинизме, занимаясь проводничеством, затем, став инструкторами альпинизма, обучали молодежь премудростям альпинизма. Во время Великой Отечественной войны воевали в спецотрядах сванских партизан, были горными проводниками в боевых частях Красной Армии. Эта фамилия дала советскому и грузинскому (в первую очередь - сванскому) альпинизму несколько поколений великолепных альпинистов, среди которых мастера и заслуженные мастера спорта, призеры и чемпионы СССР по альпинизму и скалолазанию. В советские времена в Грузии было 13 человек носивших звание заслуженного мастера спорта по альпинизму, на долю сванских альпинистов из этого числа относилось семь, и, среди равных был Михаил Хергиани. 

 

П.П. Захаров

 

В домі Хергіані панує особливий настрій. Це не просто дім, не просто музей, це дуже особливе місце з атмосферою скромності і величі людського духу. Побувати там можна разом з нашою групою, яка йде в Сванетію, на Кавказ у червні, серпні і вересні. Приєднуйтесь!

 

Етюди про Михаїла Хергіані. Частина І. Початок шляху

Етюди про Михаїла Хергіані. Частина ІІ. Перше знайомство

Етюди про Михаїла Хергіані. Частина ІІІ. День Чудес в "Уллутау"

Етюди про Михаїла Хергіані. Частина ІV. Лицар англійської королеви

Поділіться у своїй соціальній мережі

Comment

Увійдіть через соціальну мережу
       
Або анонімно